Короткометражка.

Паспортный стол Тверского района. Первый этаж старинного особняка во дворах Дмитровки, переделанный под современный собес. Перезагрузка в действии – вместо кабинетов – оупэнспэйс. Стеклянные стойки, отсутствие очередей. Публика специфическая – «коренные». Пройдешь по улице – внимание не обратишь. В месте концентрации – любопытно наблюдать. Дамочка в щипанной норке с кривыми ногами балерины. Старушка – божий одуванчик в чистом, но крайне заношенном пальто. Передо мной – женщина средних лет…скромная одежда серых тонов – юбка в пол.  Хорошо поставленным голосом интересуется у мадам за стойкой деталями прописки мужа. В углу интеллигентный старичок с внуком на руках. Московским прононсом – «Скажи Шевроле?» Щевролееее! – вторит карапуз. Никакой сутолоки – все чин по чину.

Отвлекся на несколько минут…документик состряпать в соседней комнате. Возвращаюсь….ох ты. Новый персонаж колоритный – да какой!. Хачман. Нет, не лощеный совсем, без цепей да барсеток. Уверен —  сталкивался, из подъезда выходя. Иль во дворе. Гастарбайтер. Присел рядом с дедушкой. «Ээээ .. ара.. я тут машино бросил отэц. Ну направо – нэт, налэво – взмах рукой.» «Несомненно, это Тверской проезд!» — точнейшим образом определяет по первобытной жестикуляции пожилой человек. Ничего особенного – но именно это «несомненно» моментально дает понять. Человек состарился здесь, в этих узких улочках да переулках кривых. Воспитание возвело железобетонную стену толерантности к словам водителей ишаков «ээ, отэц, направо» … Голос «мадам» внутри аквариума,  за стойкой,  прервал размышления. Обращалась она к той самой даме средних лет, зычно и безразлично. «Компьютер выдает «Хыйдуйберай аул»… а у вас в заявлении «Хуйдайбергай». Уточните, пожалуйста, у мужа, точное наименования предыдущего места жительства. Женщина средних лет, в одежде серых тонов, тихим голосом обращается к хачману – «Как будет правильно, подскажи, пожалуйста?». Одновременно строго махая указательным пальцем малышу – «Вот распоясался же! Перестань баловаться немедленно!».

Магия цифр.

Был номерок. Не то, чтобы три семерочки — простецкий, без изысков. 896. Что то явно непростое крылось в сочетании, особенно 96 — но. Дело было давно. В начале нулевых. Ничего особенного, однако. Попав надысь в жуткую пробку на шэ Энтузисатов (обитель зла). Тошню себе спокойно. Медленно и уныло. Пользуясь HOLD вовсю — нога отдыхает, как, впрочем, и все участники движения. В динамиках — KLF «Jsutified and Ancient» — в точку про автора. Солнышко светит. Птички поют. Осматриваюсь — опа! Прямо передо мной. На каком то «лохо-ведровере» — 896. Але. Еще раз. Прямо передо мной. Не сбоку или где то там — как у Малдера. Подивился. Вот те раз. Легкий такой звоночек .. забавно. Проходит время. Тошнота обратно — the same shit. Опускаю глаза — бац! Маздохондо … 796. Вот те на. Копать — тарахтеть. Минус один. В один день. Прошлое преследует автора, маякуя что есть сил. Аллах, как говорится, амбар. Ланч, отходняк, читка «баллады о потерянном времени». Все прогрессивное человечество ждет. Когда же «Ростелеком» сподобится на «Электронное правительство». Дабы из-за одной бумажки не тратить полдня. Хотя.. Греф пытался, но сдулся. Не по амиго самбреро оказалось. С этими радостными мыслями выезжаю со двора Федорченко.. , вкорячиваясь в вечную пробку на м.Дмитровке. Болид уважительно пропускают — бум! Прямо. Перед бампером. Передним.Простите, х*юндай. Угадаешь номер? 996. Видимо, у поршиста отвинтил, пердуна старого. Так то, братка. Три разрыва за день. Не знаю, что и думать.

ЛЭС (с)

Время — девять. Не, ну не правда. Девять двадцать. Автор нервничает в новеньком, с иголочки «Dolce Cafe». Повод есть — да еще какой. Тирамису (нет, панакотта) — в хрустальном бокале с клубничкой на ажурной вилочке. Только притронувшись. Часики тикают. Неумолимо. Мозг раскладывает пасьянс. Перегреваясь. Накаляя итак обострившуюся обстановку. «Быть или не быть» — не про местных. На загранице. «Успею — или вечер трезвости» — вот в чем вопрос. Что делать? Быстро. Звать официантку. Требовать счет. Забив на кредитную историю и мили Аэрофлота — разгружаться кэшем. Моментально вниз. Сам-сам — пальтишко, шарфик, шляпу, перчатки. На выход….и по-ска-кал. По лужам да по слякоти. Вприпрыжку. Болид брошен у «Ди-Ду» — минут семь аллюра. Шмыг за руль, на газ.. Стоп. Фулл стоп. Как это по-рюсски — «Gentelmen will walk but never run».

Черт попутал одеться прилично. Вроде как вечер пятницы обязывает. Сам себя высек. Взглянул на часы.. стрелка прилипла к половине. А……эбись все конем. Успею!  Нет, никак, мэн — внутренний голос включился. Важный фактор не учитываешь. Поправку — на ветер. Поддувающий трафик на Мясницкой. Факап. Зато — можно не торопиться. Пошутить. Смаковать.Релакснуть. Делать все не торопясь. Смотреть под ноги.

Смекаешь, что к чему? Пункт назначения и дедлайн. «Седьмой Континент»  Лубянка. 10 вечера. Причина — дискриминация. Несмотря на то, что живем в многоконфессиональной стране — плохо с толерантностью у нас. К пидорасам (эскюз май фрэнч) — к братьям нашим, нетрадиционалам. И к любителям — да что греха таить! Профессионалам, крутящим роман с алкогольными расширителями сознания с трех лет. Тех и тех слуги народа держат за изгоев. Одним запрещают устраивать парад любви, загоняя чувства в угол. Других — лишают прав приобретения любимого. Напитка после 22-00. К ногтю жмут, зверюги. Вот скажи на милость, читатель! Что такое десять вечера для человека, забывающегося прерывистым, чутким сном к рассвету? Не знаешь? Разъясню тебе.  Свежего дня глоток. Автор до сих пор под впечатлением строгого постера в «Азбуке Вкуса». Кассир тыкает пальцем, изымая столь желанный «Late Bottled Vintage». С 10 вечера можно только пиво и сидорову. Оля улю. Амигос адиоус.

В районе десяти, толкаясь в пробке возле вожделенного крыльца «семерки».. закрыл глаза. Сиськи. Молодые. Налитые. Волнующие. Разговаривающие друг с дружкой. Да? Опомнись. Бутылочка «Chablis». 1-er Cru. Только из винного фриджа. Капелька кристально чистой воды спускается медленно, от горлышка. Оставляя мокрый след, словно улитка.. Потряс головой. Остается сжать зубы. Изображать твердость Рокки Бальбоа. Уговаривать себя «ты спортсмен — или тряпка». Домой — душ — спать. Достойно уважухи. Только не сегодня. Не в эту пятницу.

Выход есть. Помнишь же, в «Интервью с вампиром». Брэд Питт, в то время неудачный кровосос — сублимировал. Сосал кровь из крыс, ежели не обламывалось человечины. Местный магазин премиум Хэ 5 — это вам не «Азбука». Готов был и на сидоровых — ну нет же  их. Не завозят без спроса. Есть пиво.. Но не простое. Яблочное. Пивом и не пахнет. Честные 2.5% алкоголя. Промотаю пленку. Лента на кассе. Аккуратно складываю третью в пакет. Подходит верзила. Гордо так выставляет бутылку советского шэ\пэ с плиткой шоколада «Аленка». Ехидная ухмылка скривила губы — отвернулся, обнажая золотую куколку. Представил словно наяву картину маслом. Кассирша с надменным выражением изымает жидкость, показывая на часы. Двадцать минут после запретной черты — это тебе не семечек стакан. На автомате — «Удачного вечера, мадам», летящей походкой. Но. Мастерство, брат, не пропьешь и не продашь. Боковым зрением, буквально на автомате. Замечаю — нет. Чувствую нутром. Звуковые сигналы. Пик. Пик. Означать это может лишь одно. Полусладкое и «Аленка». Метка считана лучем лазера. Верзила расплачивается.

Останавливаюсь. Медленно, медленно оборачиваюсь.

Рашн бизнесс.

Отдел грузовых перевозок крупной авиакомпании. Вваливаются два типа — «а-ля девяностые».. «Э…..парни, нужно груз  300 кг. отправить в Ханты-Мансийск.. сикока, ара, э?» Сэйлз вежливо — «Не вопрос… борт туда будет через месяц»… «Быстрее?» «Извините, никак» «А сколько стоит.. купить отдельный борт на рейс туда» «Два миллиона». «Я покупаю самолет. Заверните».

Крылатая фраза великого комбинатора — лицо сэйлза сохраняло в натянутое мухоморское  выражение… душа же пела, словно соловей в предвестие случки. «Ну вот поперло…два мульта… триста кило — борт пустой… закидаем по полной… красотища».

И….все завертелось. Понеслось. Халява и возможность срубить бабла на ровном месте — основная движущая сила русского предпринимателя. Агенты обзвонили всех поставщиков — борт должен быть забит до отказа.. в предвкушении хрустящих купюр можно причмокивая строить красивейшие планы.

Грузы собрали. За процессом закидывания в недра борта поставили следить ответственного — Колю. Чтобы все влезло тютелька в тютельку. Все влезло. Борт благополучно поднялся в воздух и лег на крыло. Одна маленькая заминочка. Палеты с теми 300 кг груза, из за которых случился аттракцион неслыханной щедрости, шанс, выпадающий раз в жизни…. одиноко сияли на асфальте под равнодушным лунным светом.

Угораю.

Не смешно. Понятно, что все кому не лень отметились, эмоционально про дым. От себя добавить конечно стоит. Наша раша — держава великая. Есть у нас и спутники, читающие номера с машин. Армии танковые. Ситуационные центры с мэйнфрэймами Cray. Народные массы — как в кирзачах, так и лапу сосущие в поисках чего бы пожрать. Только вот — всегда получается как всегда. Не как лучше. Пока гром не грянет (кстати, вчера и молнии сверкали) — никто даже х*уем не пошевельнет. Собственно про власть — слуги наши. Ну почему нужно включать мозг, из кожи вылезать постфактум? Когда уже все горит, будет гореть и дыма столько — не в сумеречной зоне. Где вообще полный аллес. В столице нашей родины, летать-колошматить! И не в РО каком нибудь —  гора николина — the same shit hits the fan. Каждому хорошо,  по заслугам. Президенту и гастарбайтеру. Разумеется, когда кто либо из них выходит из бронированного пульмана глотнуть свежего воздуха.

Между тем, борьба с огнем — отнюдь не rocket science. Веками изучено, руками делается. В городах — брандмауэры. Словечко не от бородачей в свитерах — многовековая история за ним. Стена толстая кирпичная. Через которую огонь не перекинется на соседнее здание. Остановится и стухнет.

Скажешь, лес? Вообще делов на ход ноги. Со спутника усекаешь очаг. Посылаешь колонны танков или там тяжелой подобной техники. Рубят  просеки. Локализуешь огонь. И… поджигаешь квадрат. Огонь на огонь. Все. Фуллстоп. Боимся поджигателей? Мля, карательный отряд. Бойцы по периметру. Обоссутся, да простите мой испорченный фрэнч, пулю в дыму схватить.

Ничего особенного, повторюсь. Вполне штатная ситуация для вояк, которые все равно на запасном пути и кормятся на твои налоги, между прочим, читатель. Армия у нас большая. Боеприпасов много. Авиации хватит на пять стран. Мало танков — ху*ячьте просеки бомбами. Хоть разминка какая будет.

Однако ситуация полностью зашла в тупик — можешь выглянуть в окошко и прозреть. Лужков совсем не ловит мышей. Вот пробку на Ленинградке — это да, это по-нашему. А  дым высосать из каждого двора, Юрег, денег не хватит никаких. Остается только по русскому обычаю молиться, головой об асфальт биться. Чтобы бог — джизез крайст — в конце концов спустился с флайбриджа и ушел освежиться в душ. Аминь.

PS. Предлагаю приравнять курение кальянов  к акту гражданского неповиновения.

Х*й.

Это – сокращенно. Развернуто – х*юндай. Нет, ничего не имею против – каждый выбирает себе ведро по заслугам. Что характерно – прекрасное соотношение прайс \ перформанс, гарантия там. Роскошное предложение для практичных людей – пусть не для меня, ну и что с того? Использую в рассказах в качестве имени нарицательного.  Смысл – обозначить абстрактную иномару на дорогах большого города – да и только. Ничего личного. Скорее даже позитив – т.к. по мнению автора, самые отморозки в поисках ледяной свежести дубасят на маздотри. Х*юндаеводы – обстоятельно тошнят. Но.. соль не в этом. Пару дней назад, по дороге в офис, на Моховой, где поток раздваивается, меня как-то по девичьи отчаянно подрезает х*й «представительского класса» — гренадин или фх – не в теме. Втискивается перед бампером, поворачивается.. ба.  На месте эмблемы с гордой буквой Х… вы не поверите. Трехлучевая звезда! Звезда в шоке. Много раз замечал пацанский трэнд закрывать чОрной эмблемой с буковкой Т шильдик на “coupe”. Преобразование практически бесплатное – меняет облик, имидж до неузнаваемости. Если до —  на вопрос мамботёлки «На чём ты заедешь за мной?» нужно было мяться, хныкать, выдавливать из себя по буквам это ненавистное слово… то после легкой пластической операции, подтяжки век, можно сказать.. от зубов отскакивает «На стремительном городском болиде, дорогая». И … ежели тёлочка не в трэнде автопрома – никогда и не додумается, в какую тошноту прыгнула. Максимум лакшери на потраченный цент, вид “Bentley Lite” сделают свое нужное, значимое дело – встречают все же по одежке.

Но чтобы вот так, звезду «Мерседес» на х*й натянуть.. нужно либо обладать большим мужеством, либо стебаться по жизни над всем и вся. Размышляя о превратностях жизни, ловко объезжаю х*й, и буквально в последнюю наносекунду бросаю взгляд в зеркало заднего вида. Мля. Лексус фары. ..Да это же.. новая ешка!!! Вот те на. Произошедшее повергло меня в глубочайший культурный шок. Щупал «Е» в салоне до начала продаж – на расстоянии шага выглядит как нормальный премиум класс. А на дороге превращается … в х*й. Да и в такой, что я, человек, отъездивший два сезона на W211, и несколько раз тестивший 212… не смог отличить. К слову, превген Е невозможно было спутать ни с чем. Кардинальным образом выделялся из потока. С новым получается полная х*йня – простите мне плохой португальский и частое употребление ненорматива в текстах. Одно расстройство – куда катится мир – глобально. И где глаза у Штутгатрских парней.. продолжи сам, читатель.

Синяк

“Дорогой, я привезла тебе.. синяк!”. Света кокетливо изогнулась на сиденье, элегантно забрав с руля мою руку, медленно положив на ногу, подтянув юбочку.. Шелк кожи, шелк ткани вызывает трепет — окинул взглядом картину pure sex on the road . да. Действительно .. Синяк. Чуть выше колена, на внутренней стороне. Размером.. С грецкий орех. Концентрируюсь на дороге, играет «Cowboys and Angels» Джорджа Майкла — абсолютно расслаблен в этот солнечный уикэнд.. Песня фантастическая, прекрасная ажурная — лишь за одну такую можно вполне получить зачет автоматом там [посмотрел в открытый люк на игривые облака в необычайном оттенке синевы небе большого города]. Синевы.. Ах да, синяк. Интересно. Чего только не привозили мне. Но вот чтобы так, синяк.. Никогда. Света словно читает мои мысли «Я поцарапала дверь Bentley». Хм.. Какая же интересная, насыщенная событиями жизнь у красивых девушек.. Поцарапала дверь, синяк.. Стоп. Не ногой же поцарапала.. Это невозможно. «Автоматом, милый». Я дернулся, кинул взгляд на ее — машина вильнула на скорости. Слово «Автомат» всплыло (термин Call Center ребят) .. Уродским железным гробиком — в который запихивают мятые полтиннички на телефон кинуть.. Света поцарапала им дверь Bentley и получила синяк на ноге. Картина захватывающая в своей абсурдности — как же это может материализоваться? Утащили они этот гробик, выкрали и уронили на премуим Фольксваген? Непонятно. «Ты же помнишь Петю? Раньше ездил на БМВ с бейсбольной битой между сидений?» «Петю? Биту? Помню?». «Так вот, котик, сейчас у него Bentley, а в багажнике он возит автомат». Неплохой такой апшифт. Значит автомат — именно автомат. Как это по-русски? Machine Gun? В багажнике… нет, было бы лучше на заднем сиденье. Чтобы в момент погони .. Высадить рывком заднее стекло и шмалять по ментовским газонам как Чапаев.. Ну пускай не газонам,  кукурузерамдвести кредиторов, ох, вот она картина, по ночному кутузнику, уходя рывками в область от преследования. Картинка настолько реалистично предстала перед глазами — вовлекся, словно бы действо происходило на соседней полосе. Хотя.. Как автоматом можно поцарапать дверь? «Такой автомат, на штативе» — Света кокетливо сверкнула глазками. «На чём???» «Милый, две такие противные железки ножки — прикручивала их, ноготь сломала». «Высунула его в окно — тяжелый. Одной ножкой дверь поцарапала — а от второй — вот, синяк [демонстрация наглядная]». Загляденье. Бонни и Клайд современности. Автомат на ножках, Bentley, скорость, белокурая bestия поливает трассирующими в неоновой ночи большого города. «Представь себе, су*ки, пидоры, м*удаки» — площадная брань так элегантно эротически слетала со Светиных чуть припухших алых губок — также, как «Вые*би меня как сучку, грубо, сильно». «Да, мы выпили чуть с подружками в Kalina, ну самую чуточку, захотелось куража, танцевать всю ночь — поехали в Soho». О, с этим все ясно. «Самая чуточка» — пять «Long Island» как с куста. И полировка чем-нибудь сладеньким.. «Не пустили?» моя улыбка ехидна-тревожна. «Представь себе, да. И это — меня, богиню!!» Света встряхивает белокурыми локонами, глаза ее излучают справедливый гнев.. Джизез, как же она прекрасна когда злится, готова разорвать всех, на молекулы разложить. «Петечка был рядом, набрал, забрал — но я же не могу так просто спустить такое с рук этим тупым качкам, быдляку? Ты же знаешь меня — никогда не прощаю обид, особенно таких жестоких». «Пока разворачивались — прикрутила эти палки к автомату, подрулил к парадному — высунула его в окно — эти дегенераты рассыпались по асфальту, как шарики пластилиновые, клоуны». Я оцепенел. Вел машину быстро, ожидая вставку «Traffic Info» — «Введен план «Перехват», подозреваемая — блондинка модельной внешности. Досмотр всех роскошных автомобилей на выставленных блокпостах». Или же вечернюю врезку «Дорожного Патруля» — трупы, реанимация, испуганные клубные персонажи метаются по набережной в оцеплении ОМОНА РА. Перекрестный свет прожекторов, лающий металлический голос из рупора — «Всем лечь на землю, проститутки и п*дорасы, руки за голову». «Нет, ну какой ты дурашка!» Света гладит мои волосы. «Автомат — не настоящий. Игрушечка. Забыла слово» [напряженно морщит лоб] «О.. Муляж, вот.»