Еду себе по Тверской. Бензина — совсем на нуле. Стрелка прилипла. Лампочка сперва подмигивала, потом надоело. Горит. На воздухе мчу. Как пилот в пике. Мантры читаю, четки тру. «Боже. Если ты есть, пожалуйста, сотвори мне пассажира. Хоть за пятьдесят рублей. Заправиться — два литра. Дотянуть на честном слове. Верю, ты же есть».. Два мужчины. Парадное с «Найт Флайт». Одеты — как Никита Михалков. Польта да шарфы.  Открывает дверцу.. «Сплавь ка нас, братишка, до Манежной.!» «Присаживайтесь, господа-бояре!» «Сплавлю лучшим образом!». Дверь хлопнула. Еду.. «Боже, ну пожалуйста.Ты же есть. Совсем немного, чуточку осталось. Под горку иже сподручнее». Стучу по лампочке — не гаснет. Докатываемся до площади, останавливаюсь. Никита неторопливым жестом, вальяжно, протягивает купюру.. Сто долларов. «Товарищи дорогие! Я же вам не банк! Разменять такую сумму не представляется возможным!». «Бери, боярин, будь счастлив!». Ушли. Рассыпались. На фразы по-французски. Держу в руках стошечку.. глажу, «Катенька моя, ласковая.. в воздухе взмахиваю.. трепет прочувствовать..» Вот оно как.. просил пятьдесят рублей, до заправки дотянуть.. Боженька, спасибо тебе». Улыбка во все лицо, наяриваю рулем.. ох. Дама с собачкой. Голосует..Не оставлять же родимую. «Куда вам, гражданочка?» «До Гончарной подвези, милейший». Что думаешь, братишка?  Три минуты, и се ля ви… Губы сжимаются, «Триста!». Знаешь, что? Так отчаянно, с надрывом, силой, никто, никогда не хлопал дверью мне в ответ. Еду. Думаю. Ну какая же я сволочь. Десять минут назад был в полном отчаяние. Молился на полтинничек. Полтора литра бы в бак. Прилетает в окно сто долларов, и вот так поступаю с женщиной добропорядочной… Езды как раз на пятьдесят. А все почему?

Скотина я.