У Рыжего житуха — как у Христа за пазухой. Квартира в центре, машина новая, работа в иностранной компании, автор, однако, не на последнем месте и не в последнюю очередь. Так знаешь что? Не было печали. Завелся поклонник, чтоб я так жил! Да не простой, типа русского мужика *с бодунища, хриплым голосом, еле открывая глаза*.. «Дорогая, сгоняй в Азубуку за Proseco и льдом…Стой!  Две!» Выше бери. Аллюрец. По простецки, макаронник. Живчик, да еще какой!» То тебе конфета, семечек стакан, то открыточка виртуальная, повторить постоянно в день по пятнадцать раз .Действо происходит в рабочей обстановке, на глазах иностранной публики и пришей-пристебай из местных. Язык у иностранных капиталистических гастрабайтеров всегда опережает сознание и совесть. Посему зрителЯ давным давно уверены, что кривой стручок, взращенный под ярким итальянским солнцем, давным давно продырявил мраморно-белое нерукотворное творение республики-побратима. Да и вообще? Какая жительница мегаполиса, да и не даст горячему пареньку с знойного региона? С такой то настойчивостью, не то, что нынешнее племя узкого круга ограниченных людей автора. Только вот, ни на того напали! Рыжий — кремень. Наличие поклонника иностранного происхождения существенно расширяет набор прелестей. Но исключительно в качестве неприменимого к делу атрибута, козырнуть подружкам, в частности, «У меня есть и поклонники (помимо прочих человеческих благ)» *сплевывает*. Выношу за скобки банальности, что мол тянет аллюрцов на по-настоящему белую девушку. Без автозагаров и прочей химической дряни. Как «Павлика» на Анну Семенович. Магнитом, словно старое дырявое крыло от БМВ к прессу завода «Серп и Молот». Плавно перехожу к главному. Наш итало-пострел, как показала легкая проверка, везде поспел. Завел себе телочку базовой комплектации. Тихо-тихо, с женой-с-женой. На людЯх же будучи, стучал кулаком в грудь, словно Кинг-Конг. Зачитывая мантры, «Мол, один как перст, люблю-не-могу, ювелирный-куплю-улетим», бла-бла-бла тра-та-та!.

Каков подлец, ара,э!