Я называю так молодых мудаков. Принципиально с маленькой буквы. Их толпы, саранча, месиво, и параллельные вселенные не пересекаются. Взаимодействие происходит в основном на тротуарах общего пользования и в общественных местах, в которые по безнадеге. Утречком, получаю телепатическое сообщение, мол, фоточку на визу нужно срочно сделать. Срочно-так срочно, базару.net, благо в полминуте точка. Коприрование\шмапирование и фоточки на все, начиная от свидетельства о рождении и заканчивая гробовой доской. Время день, всегда пусто, зашел\вышел. Нюанс в том, что девчушки фоточки фотошопят, перед проявкой. Стандартная шутка – «мадемаузель, сделайте на десять лет моложе». Фактически, цифровой фуфел впаривают консульствам, но спич не о том. Иду, в ус не дую, за полметра от двери, три павлика обгоняют и вваливаются. Один с самокатом, тобишь, самопавлик. Прямиком к девчушке, и давай заливать во все горло, что пятьдесят рублей страница копии дорого. Ну вот еж твою мамумию. На ровном месте. Ладно, самопавлик уговаривает сходить туда, где по двадцать, но маленькие. Не, ну а что ты хочешь, бабло правит миром. Фото проявляется традиционно по-щелчку, с собой носить не айс. Закинуть обратно, но. Память дернет за ниточку, мол, закончилось средство для мытья посуды. Да не просто закончилось, когда капелюшечку можно выдавить, и затереть. Совсем. Аки в пустыне. Олл райт, забегу в ближайший Перекресток, схвачу только его. Иначе вечером забуду, стопудово, а посуду грязную ненавижу всеми фибрами. Сказка сказывается легко, благо новый, пустой, твой. Быстро-быстро, сама-сама. Касса пустая, передо мной …павлик. С бутылочкой йогурта. Это же быстро, да. Ха. Павлики есть не просто «само». Есть и *крутит у виска пальцем* — ебопавлики. Пошел взад выбирать жвачку. По мановению пальца, чик-чирик, очередь. Ждут. Пинаю, мол, павлик, давай уже вставай. Выбор так и не сделал. Но пока вытаскивал стоху.. *печально* прилетела на метле сумашедшая бабка с пачкой сосисек. Але. Давайте мол, пропустим старушку с одной покупкой, жрать уж очень хочется. Ладно, самокатный синдром. Продолжать? Сосиски эти не стали биться кассой. Ну вот еж твою маму-мию во все дыхательные пути. Полагаешь, бабушка просто так вежливо ушла? Ты просто не умеешь готовить старшее поколение, читатель! Накуси-выкуси. Бойня. Битва. Рэп-баттл. Стою себе, с конвертом и бутылью в руках, как лох (с). Грустно улыбаюсь и осознаю. Что подобное волшебство в течении пяти минут может случиться только с автором. Крест такой.

Встреча в самом центровом центре, Никольская. Погодка шепчет. Солнышко греет. Смотришь в яндэкс-навигатор, семь минут езды кажет, чертяка. Отлично. Зер гут! Запрыгиваешь такой дерзкий, в кабриолет. Врубаешь Кайнэ, как раз трэк стоит «Дьявол в новом платье». Действительно, за семь минут прохватываешь до Метрополя, никаких тебе пробок, ну чуть сгущается, время есть, реласк. На повороте, что к Гранд-Кофемании, куда прям нырнуть. Стоит себе Карлссон в сером. Да ну, сотрудник ГИБДДNow, машет палочкой, словно пропеллером. Мол, не задерживайтесь, товарищи-граждане, продолжайте движение в нужном направлении. Чорт. Чорт. К Карлссону уже стоят в очереди три бедолаги со скорбными лицами и протянутыми ладонями, «мол, дяденька, пустите, очень надо». Ненавижу. Ладно, можно на следующем направо, к Красной Площади что, там бросить машину, и пешком. Все худо от слова Х. Вместо серого человечка прилипла к брусчатке оранжевая поливалка. Аккурат поперек вектора движения. Несчастных, как сам, набирается очередь, разворачивающаяся вниз. Да и тут незадача. В «Зарядье» сверкающие толпы в спортивных трусселях. Поворот направо, куда нужно в надежде «уж как нибудь» надежно перекрыт оранжевой же бронетехникой. Кривая вывозит настолько далеко от Никольской, насколько может развиваться самый плохой сценарий. Зопа. Нужно что-то делать, а нечего. Поток уводит на бульвары, что грозит бутылочным горлышком и пробковым тупиком. Единственное решение, вдаль, к кольцу. Туда, где печали. Ну а что делать? (с). Да ничто. Разворот на Сахарова, прямиком в подземелье на Мясницкой. Пешочком наверх, и как там, по-фински? По-пис-то-ва-ли. На своих двоих. Вниз, к Лубянке. Туннель, где печали в виде пыли, таджики день и ночь точат камень болгаркой, женой болгарина. Тороплюсь, тики-так, солнце, жарко, пыл und пот, что-что? Полчаса назад же был прям здесь, радостный, в родстере, со снесенной крышей да под Кайнэ? Де-жа-вю со знаком минус. А все из-за бегунов. О спорт, ты мир, ради бегового движения перекроем городу кислород! Руки, б#%дь, вывернем! Даешь марафон-шмарафон, чтоб все остальные сдохли. Я не против любого хобби. Нравится дрочить – хоть двумя руками. Бухать, да оббухатесь хором Пятницкого. Вязать, обвяжите весь мир по экватору крючком. Только вот, не нужно мешать другим. Нравится бегать – снимите Лужники, да по кругу до потери пульса. Ладно, по-другому. К примеру, сам люблю вино. К гадалке не ходи, таких любителей, и в категории «профи» в разы больше, чем бедолаг, думающих ногами. В кроссовках. Вот бы *мечтательно* закатать марш по Тверской, под эгидой Ридель и родных винных дистрибуторов. Идти под джаз, подпевать Синатре, да делать чин-чин, как душа захочет. «Бегущими сердцами» эту красоту не назвать. А вот «Поющими душами», запросто. Пьющими, или.

Перестали работать два настенных светильника. Теплых и по-настоящему ламповых накаливания. Одномоментно. Включаются по-одиночке. Беда не велика, если бы не великое (простите за каламбур) искусство кино. Включаешь, и под их нежный свет. Опускаешь экран. Раскачиваешь проектор и стерео. Включаешь диск, да да, не Эпплтиви или что то там стремно-стримовое. И как пошел выхлоп, выключаешь. Гаснут плавно, хотя и без реостата. Привык именно так. Когда приспичило посмотреть концертник, вот тебе на. Нихтарбайтен. Хочешь-не хочешь, пришлось все предварительные ласки делать под холодным светодиодным освещением, что не так греет сердце от слова «совсем». По утру решил разобраться. Предпосылка проста. Единственный косяк в квартире-электрика. Выключателей очень много. Иногда аж по шесть в ряд. Коммутировали их армяне, и вышло, к бабке не ходи, хаотично. Случайно заденешь один у окошка, и большой свет не включишь. Штора не раздвинется с пульта. Такой вот путь. Мысль простая, где-то задел случайно выключатель. Возможно, в другой комнате. Начался марафон «угадай мелодию». Выигрышную комбинацию. Там нажал, в другом месте попробовал. Давай уже, будь умным, спроси про лампочки. Одна, так сдохла. Отвинтил, заменил на новую. Последнюю. Светить должно, но. Ноль, нульсен. Провозился, промучился. Плюнул. Забил. Может, контакты отошли где, контур нарушился. Автоматы тоже проверял, будь спок, не занудствуй, как штыки торчат. Мысль свербила. Не давала покоя весь день. Ну как же так. Все работало. Лампа новая. Нигде не коротит. И хлобысь, оба светильника мимо. Чертовщина какая-то. Дом старинный, с привидениями. И вот на тебе, иногда не включаю неделями. Но как раз из эШэШаЙ привалила посылочка с только что вышедшими релизами на БлюРэй… просто рвущимися не на телек. А на большой экран. Пришел вечером. Уставший. Вывернул лампу из работающего светильника в спальне. Ввернул вместо новой. Ты-не поверишь! Елочка зажглась. Мораль? Все три лампы, в том числе, что достал из коробочки, были дохлые. Вероятность настолько мала, как повстречать девственницу в борделе с роботами. Но иногда случается.

Раньше в обязательном порядке строчил вам по статейке в день. Девиз писателя с большой буквы Пэ — «ни дня без строчки». Тем более, что поделиться есть чем, и даже через край. Хорошо, часть текста выел инстаграм, бла-бла-бла-тра-та-та, одна картинка стоит тысячи слов, видео, да так под миллион. Цифровая трансформация, в какое время живем, задумайся, чувачок. Но. Если ранее, были потуги на беллетристику, рассказы о чувствах, переживаниях, любви. Другу Кабану, покойному. Обещал настучать рассказ о капитане подводной лодки, волновал в определенные моменты жизни. Вопрос экосистемы в замкнутом пространстве, ладно, не буду умничать. Как один человек может быть богом, ну или минус. Для всей команды. В которой полно крыс, х*уесосов (простите за испорченный русский, людишек, спустя рукава). Вести все это биомассо к заветной цели, ну иногда к всеобщему коллапсу и трансформации в постоянную зиму. Спич про субмарины с атомным-щматомным и принципиальной возможности запустить все самому. Ну, знаешь ли, это сейчас там квантум-блокчейн-шаверма-гриль. Раньше, все было на теплых радиолампах. Продвинутый радиолюбитель с общим пониманием и паяльником в мозолистой руке вполне мог забабахать пуск баллистической ракеты из-под водных пучин. Электроника, наука о контактах, не нетворкинг. Где чуть подпаять. Вкорячить прямонакальный триод. На скрутках провода, ежели закончилась канифоль. Херак-херак, и огромная титановая (или из колготок) сигара с цепной реакцией летит в продакшн. Слава труду и КПСС, пронесло. Сейчас все посложнее будет, и по собственным прогнозам. Субмарины все текущей постройки пойдут прямым ходом на переплавку в доменные (правильно сказал)? Печи завода «Серп унд Молот». Команды в сотни человек на биржу ручного труда. Смекаешь, старичок? Роботы и искусственный интеллект. Наше все. Нафига, эскюз май френч, гадать нам всем, что там в голове у капитана. Секса нет годами, жизнь в панели, жена со скалкой, когда рядом «нажми на кнопку». И войдешь в историю, как та официанка, что сделала блоуджлоб Джимму Моррисону . Джеку Николсону. Ладно, Билли Айдолу, на худой конец, простите за каламбур. Все должно управляться с пульта, и ни в коем случае не человеком, как ти-ви. А то, знаешь ли, вольет в душу полкило, и задумается, а не х*уякнуть ль? Уже стар, свое отжил, биохакинг, как отрыв башки от дряхлой тушки и пересадки в новую, маячит где-то-там. А жить то надо прям вот таки сейчас, да и на полную катушку. Але. Начал про любовь, а закончил, не пойми где. Пеплом.

Такие вот дела. Пищите.