Ресторанные хроники.

Мы живем в прекрасном городе. Где еще на земле, в шаббат, можно получить один из лучших столиков в ресторане? Про Mozza, кстати, есть ролик на канале. Пользуйтесь моментом, котаны, они готовят потрясающее домашнее лимончелло. По госцене, разумеется. Белая рыба, она для эстетов (скромно улыбается), а вот паста, что готовится в сырной голове, это по-настоящему отвал башки.

По бороде.

Так говорят ютюберы (да-да, сам такой), когда что-то пошло не так. Изящное замещение традиционного речевого оборота для обозначения той же проблемы. Мы в #гаражермес запустили новый проект, пришел новый партнер, и все вот это должно было вылиться на экраны страны стремительным домкратом. Завтра. Хе хе. Надежды юношу питали. Завтра будет кукиш с маслом, в простонародье – фига. Хотя все и было четко спланировано, подготовлено и снято. Казалось бы, пора привыкнуть, не мы такие, год такой, но. Всеми фибрами души ненавижу возникшие паузы. Когда на ровном месте ровным слоем патока, все стоит, словно рука у Ленина. Можно расслабиться, получать удовольствие под различного рода алкоголь. Чего, кстати, не происходит, праздник скоро, а фридж винный забит Эвьяном. На самом деле, все это минутные слабости, сопли-в-сахаре, шестеренки закрутятся, проект запустится. Но не мог не поделиться с вами, дорогие читатели. Теми кошками, что скребутся по сердцу в четверг вечером.

 

Такие дела!

Доброе утро дорогие читатели!!

Прошу искреннего прощения, тексты выходят из-под пера не так часто, как в былые кисельные времена. Виной тому круговерть жизни, в формате сериала “Strange Days”. Не морщи лоб, такого не найдешь на Нетфликсе. Джим Моррисон писал лихие вирши  в молодости, старым ты его не увидишь. Иногда клал. На музыку, а не на все, вот это как обычно. Странные параллельные реальности. С одной стороны, мир бизнеса и нетворкинга. В основном виртуальный, люди, которых никогда не встречал, но постоянно пролетающими. Падающими звездами в ленте соцсети небесно-голубого цвета. Словить падающую звезду, это приговор выхода в тираж. Когда-то были известными в индустрии, не то, чтобы не подойти. Но когда ты высокооплачиваемая шишка, воротишь нос да кладешь на всех (не путать с Джимми). Тебе платят, тебя трахают те, кто платят, да так, что Рон Джереми кажется простецким старшим пионервожатым из лагеря Волна. Разумеется, никаких рассуждений и рассусоливаний в ленточках, мозг вытрахан. Доползти только вечером до усохшей жены, и в забытьё.  Но все меняется, когда звезда из зоны корпоративного комфорта вываливается в дикий мир джунглей “Common People”, так, по-моему, пели в Pulp.  Водопадом брызжет  поток сознания, воспоминания былых сражений, селфи каждый день и короткий путь в инфоцаганство. (Кто же научит делать бизнес народ, как не топ-менеджер, кому придали ускорения в виде пинка?). Второй раз извиняться не принято, но, словно на войне. Круг этих страдальцев, что на расстоянии вытянутой руки, даже не шести пожатий. Очень быстро стал невероятно узким. Бронзовые персонажи принялись массово пропадать. Поток фееричных посланий иссякать. Словно крантик закрывался, не то, чтобы постепенно, резким движением. Вариантов, как оказалось, всего два. Успешный, каминг-аут через несколько недель с трагичным «как я прошел через ад». Либо сообщение в СМИ, и хвост кометы в виде выражения скорби на лицах, улыбавшихся только в цирке СССР. На Цветном Бульваре. Металл пошел на переплавку, воплощаться в новых бюстах.

Вечер пятницы, 13-е.

Должен быть дым коромыслом. Вакханалии, возлияние, чревоугодие. Но почему-то нет. Диван, макбук, бокал медок. Депишмот, но не просто так. Из кассеты, ты последний раз держал ее в руках, когда был в детской несознанке. Не то, чтобы пал духом, иль устал. День сложный, кидал из печки горящие угли рядом. Никаких метафор, все по-настоящему. Обгорел, не угорел, вентиляция, словно реактивный двигатель. Впечатления прям вот ох, последний раз так близко костер чувствовал неизвестно когда. Зато мясо. Сразу с огня, догадался же, что не простое. Никаких загадок, дело происходило в самом центре столицы нашей родины, с утра, в полдень, опять же под бокал вальполичеллы, что кажется удивительным. Инджой зе сайленс, киттенз!

Котаны, мне нужен дизайнер!

Срочная задача – сделать канал #гаражермес более привлекательным. Забабахать крутое оформление. Перерисовать заставки к роликам. Чтобы было круто, душа в пятки и под ложечкой сосало, аж жуть. Пойдет как по маслу – будет много других задач, тот же ваш любимый уютный ламповый бложик перелопатить. Дабы засиял цифровыми красками. Врубайтесь, меховые мешочки! Не дайте автору засохнуть, дизайнер, найдись!

Лихорадка пятничного вечера.

Движуха, пруха, молнии, вспышки рядом. И все происходит прямиком на диване. Плэйлист из Tidalчерез референсную аудиосистему, которой больше тридцати лет. Да-да, винтаж у нас не только в тачках. Бокал Зинфанделя и весточка вам, читатели. Завтра нам очень нужна хорошая погода, планов громадьЁ по съемкам. Сработать все должно, но тем не менее, держите за нас кулаки!

To the Lake.

Поведаю вам о великом искусстве кино. (дома) Имеется все, что его может показывать, как кинотеатры виртуальные всех мастей. Так и аппаратура, огромный четыре кей телек да проектор попроще. Представьте себе, мало что заходит. Это вам не VHS с декодером ПАЛ-Секам да с нетленками «Брюс Ли против Чака Норриса». Стыдно говорить, но не смотрел Джентельментов и прочих подобных новодельных хитов. Сомнительным достижением выглядит на первый взгляд и просмотр сериалов. Неловко признаться, но посмотрел все серии  Friends. Заходит атмосфера Нью Йорка, энергия и молодой задор. И не важно, что снято за три копейки, весело и великолепно. Гордиться можно за сериал «Чернобыль». Прохватил его за один присест, от начала до конца. Сделано настолько реалистично, с учетом того, что собственно трагедия происходила, когда был тинейджером. Сам смотрел те же выпуски программы Время, что  в сериале.  Зацепило, поразило, попало в сердце. Сколько нужно было проделать работы, чтобы так тщательно, с необыкновенной проработкой восстановить совок. Напомню новоприбывшим, не люблю СССР и ностальгирующих по нему. Мечтой юности было вырваться из этой серой страны-совдепии (с) мой в красочный и цветущий мир алчного заграничного капитализма (слава труду, не сбылось). Краски пришли сами. Загадка события в том, что Чернобыль ориентирован на западную аудиторию. Ей же, родимой, абсолютно не важно, как выглядели советские панельки, квартирки,  машины скорой помощи и автобусы. Голливуд бы вообще об этом не думал, запихнули в кадр все, что нашли на старых складах, и были бы правы. Никогда бы не поверил, что по крупицам собирали картину совка для жителей наши-раши, но видимо что-то испортилось там, на небесах. Включаю ускоренную перемотку, перехожу к сути. Ради интереса, решил проверить, что творится в Netflix. Ранее содержимое было на английском, что не помеха, но никак не мог взять в толк. К чему они вышли вот с «этим всем» на просторы нашей многострадальной родины, ох какая загадка. Хотели захапать образованных людей? Дудки, проехали.  Время идет, контент на великом-могучем появляется. Квинтэссенция названа, однако, на западном, в точности, как заголовок этой статьи. Снято все на местной местности, актеры старые, словно улыбка динозавра – «Мухомор» из «Улиц разбитых фонарей». Тридцать лет прошло, как был грибом, играя всех ментов во всех сериалах,  так и остался, но. С этого момента начинается самое интересное. Сюжет на родине. Герои все типичные, узнаваемые, читаемые,  прогнозируемые. Теперь представьте, что вся эта напрочь провальная затея (еще-один-местный-сериал). Изначально снят для западной аудитории. Да и не просто снят, а  закачаешься. Захватывает так, что мурашки по телу, и к бабке ходить не нужно. Как и Чернобыль, проглотил за один присест. Все серии подряд, оторваться невозможно. Для зануд с хронометражом, разумеется, отмечу цифру. Семь часов. Нон стоп. Без сна, разинув рот. Спойлить или рассказывать сюжет смысла нет совсем, смотрите, да обрящите. Но только вот сценарист, способный сварганить столь забористый сюжет, да режиссер, способный настолько здоровски запечатлить на пленку, просто герои. С большой буквы Гэ. Мои то слова в их адрес пустой звук, а вот кровные денежки, заплаченные Нетфликсом, греют им душу. Безумству храбрых поем мы песню, но снимать про совок не для совка, становится мощным трендом кинематографиии. Похоже, что это единственный знаковый продукт, сделанный полностью в России, купленный Западом в охотку. Калашников вычеркиваем.

 

Такие вот дела. Искусство, а не «котлетки с пюрешкой», у которых шестьдесят миллионов просмотров.